«Нежданно-негаданно»­ (Прием работ)

Задание:

Напишите историю про то, как один из жителей внезапно получил огромное наследство. Изменит ли обладание большого мешка с золотом вашего героя? Как распорядится он внезапной удачей? И принесет ли вообще такое богатство счастье выбранному персонажу?

Общие требования:

1. Форма творчества: проза.
2. Тематика конкурса: Легенда Наследие Драконов. Ваша работа должна быть написана о фэнтезийном мире Фэо, в котором живет ваш персонаж (игровой процесс и игровой сленг находятся за пределами этого мира).
3. Объем: не более 2000 символов без пробелов.

Прежде чем приступить к написанию работы, настоятельно рекомендуем ознакомиться с Полезной Информацией по литературным конкурсам, а также с условиями участия.

Условия участия:

1. В конкурсе могут принимать участие персонажи от 3-го уровня.
2. От одного участника принимается только первая работа, другие его работы оцениваться не будут. Изменения и дополнения не принимаются. Автор может исправить свое сообщение в течение 3-х минут после его публикации с помощью специального форумного инструмента.
3. Работы не должны нарушать правила форума, правила игры, пользовательское соглашение или законы РФ. Такие работы будут удалены, а участники — дисквалифицированы.
4. Работа должна быть написана для конкурса. Использование ранее опубликованных работ или материалов сторонних ресурсов запрещено как полностью, так и частично.
5. Запрещено публиковать свои работы на сторонних ресурсах до момента объявления результатов конкурса.



Топ для публикации работ. Посторонние сообщения запрещены и будут удаляться. Вопросы и обсуждение в специальной теме. (кликабельно)

Система начисления баллов:

На оценку будут влиять следующие критерии, оцениваемые по 10-балльной шкале:
— Художественный уровень. Оценивается грамотность, выразительность образов и лексическое разнообразие.
— Точность выполнения обязательных требований литературных конкурсов. Оценивается соответствие работы заданной форме творчества (проза), тематике конкурса (Ваша работа должна быть о мире Фэо!) и соблюдение объема;
— Писательские навыки. Оцениваются целостность и оригинальность композиции, логика построения сюжета, внимательность к характерам героев и деталям;
— Соответствие заданию.



Шесть участников с обоих серверов будут признаны победителями. Одной работе будет присуждено первое место, две работы займут второе место, третье место получат три работы. Участники, которые получили за работу 20 и более баллов, но не вошли в число главных призеров, станут обладателями поощрительного приза.

Внимание! Если вы сменили ник или сервер до выдачи награды за конкурс, то обязательно сообщите об этом, отправив письмо на balagury@bk.ru! В случае несоответствия ника или сервера призы выданы НЕ будут.

Награды победителям:

1 место: Монета «Балагрион» 2 шт., Монета «Талант» 120 шт.
2 место: Монета «Балагрион» 2 шт., Монета «Талант» 80 шт.
3 место: Монета «Балагрион» 2 шт., Монета «Талант» 40 шт.

Поощрительный приз: Монета «Балагрион» 1 шт., Монета «Талант» 20 шт.

Результаты будут оглашены 21 марта.

Желаем удачи и творческого вдохновения всем участникам!

В ветреных степях Фэо, у стен старого лагеря, жил и служил людям Старец Веркирий. Мудрый отшельник, к которому приходили за советом и утешением, довольствовался малым: чашей воды, сухой лепёшкой да тишиной.

Однажды к его шатру прибыл всадник из далёких земель. Он привёз свиток с печатью древнего рода и тяжёлый мешок, перевязанный алой тесьмой. В свитке значилось: богатый покровитель Веркирия, некогда спасённый им от тяжёлой хвори, скончался, не оставив наследников. Всё своё золото он завещал старцу — в благодарность за спасённую жизнь.

Когда мешок развязали, золотые монеты блеснули, словно маленькие солнца. Люди вокруг ахнули: такого богатства не видели даже городские купцы. Шёпот прокатился по лагерю — мол, теперь старец покинет степи и заживёт в роскоши.

Но в ту ночь Веркирий не сомкнул глаз. Он смотрел на золото и чувствовал, как в сердце поднимается тревога. Богатство — тяжёлое бремя. Оно способно иссушить душу, если позволить ему править.

Наутро старец объявил своё решение. Часть золота он велел направить на укрепление сторожевых башен, чтобы чудовища не тревожили мирных жителей. Часть — на выкуп пленников, томящихся в неволе. Остальное — на создание приюта для сирот, потерявших родителей в битвах.

Себе же Веркирий оставил лишь старый посох да скромный шатёр. Мешок опустел, но лагерь наполнился светом и благодарностью. Люди стали приходить к нему не за милостыней, а за мудростью.

Обладание золотом не изменило его — оно лишь испытало. И старец выдержал это испытание, доказав, что истинное богатство в Фэо — не звон монет, а сила духа и чистота сердца.

Когда рыбак Натан получил мешок золота, люди лишь покачали головами. Его и раньше называли везунчиком - сети почти всегда возвращались полными. Теперь же судьба будто решила окончательно подтвердить слухи.

Наследство оказалось настоящим. Дальний родственник оставил ему всё состояние. Золото лежало тяжёлым и холодным, обещая жизнь без ветра и ранних подъёмов.

На следующий рассвет Натан вышел в море, как обычно. Но сети оказались бедными. Он решил, что это случайность. На второй день улов стал ещё меньше. На третий - почти исчез.

Слухи разрослись быстрее ветра. Говорили, что удача не терпит конкуренции и что мешок золота забрал прежнее благословение.

Натан молчал, но внутри росло сомнение. Он начал прислушиваться к словам других больше, чем к воде. Ставил сети поспешно, думал о деньгах, а не о течении. И только тогда понял: море не изменилось.

Изменился он.

Богатство заняло его мысли и вытеснило привычную сосредоточенность. Он перестал быть внимательным - и улов исчез.

На рассвете он снова вышел в море без тревоги и расчётов. Он слушал воду, ждал нужный момент, как делал всегда. Сети поднялись тяжёлыми.

Часть наследства Натан вложил в лодки и снасти для других рыбаков, остальное оставил как запас на тяжёлые времена. Он не стал менять свою жизнь.

Золото на время отвлекло его, но не сделало счастливым. Счастье осталось там, где было всегда - в знании и труде.

Бальтазар не сразу понял, что произошло. Он вообще редко что-то понимал — не потому что был глуп, а потому что мыслительные процессы у демонов низшего сословия протекали вязко и неохотно, как смола по стволу зольного дерева. Но сейчас даже его медленный разум зафиксировал нечто странное.

Вместо привычного серого марева Преисподней вокруг клубился плотный туман, пахнущий морем и почему-то мятой. А перед ним, прямо на камнях, покрытых лишайником, стоял сундук. Огромный, окованный почерневшим серебром, с гербом, которого Бальтазар не знал.

Он толкнул крышку. Когти противно скрежетнули по металлу.

Внутри лежало золото. Монеты незнакомой чеканки, тускло мерцающие в сумеречном свете Фэо, слитки, какие-то камни, источающие слабое свечение. И записка, нацарапанная на обрывке пергамента дрожащей рукой: «Племяннику. Прости, что не звал раньше. Держи. Твой дядя Артаксеркс».

Бальтазар наморщил лоб, отчего шрамы на переносице сложились в замысловатый узор. У него был дядя? Артаксеркс? Звучало гордо. Наверное, какой-нибудь высший демон, у которого вдруг проснулась совесть. Или родственные чувства. Хотя Бальтазар был уверен, что демоны на такое не способны. Но сундук-то стоял! Золото было настоящим — он лизнул монету, и та обожгла язык настоящей демонической кислотой. Значит, не подделка.

Первая мысль, пришедшая в голову, была привычной: сжечь всё к огненной бездне. Но что-то остановило. Золото пахло властью. А Бальтазар так устал быть чистильщиком.

Он спрятал сундук в расщелине скалы, накрыв сверху дохлой чайкой для маскировки, и отправился в ближайший городок Листвяная Бухта. Там он купил всё, что, по его мнению, должно было принадлежать демону его уровня. Во-первых, новую повозку. Не ту, старую, скрипучую, в которой возили души, а настоящую, кованую, с шипами и черепами по бокам. Во-вторых, шлем с огромными рогами — рога у него и свои были, но эти выглядели зловещее. В-третьих, целый бочонок огненной жижи, чтобы плеваться в подчиненных.

Подчиненных он тоже набрал. Троих тощих бесов, которые за золотые согласились называть его «господин» и трястись от страха при каждом его чихе.

Казалось бы — вот оно, счастье. Бальтазар сидел на перевернутой бочке, пил огненную жижу маленькими глоточками (чтобы растянуть удовольствие) и наблюдал, как бесы пытаются отмыть его хвост от вековой грязи. Он был почти доволен.

Но через три дня довольство увяло, как сорванный цветок в Преисподней.

Во-первых, оказалось, что золото имеет привычку заканчиваться. Бесы требовали платы, повозка нуждалась в смазке, а шлем натирал лоб. Во-вторых, и это было самое страшное, Бальтазару стало скучно. Нечем было заняться. Раньше он толкал повозку, сбрасывал души в Чашу и чувствовал себя нужным. А теперь? Сидеть и смотреть на море, которое он терпеть не мог? Плеваться в бесов? Надоело.

Он попытался купить себе новое занятие — например, должность надзирателя над каким-нибудь мелким адским цехом, но золота не хватило. Цены в Фэо оказались грабительскими.

На пятый день Бальтазар пинками разогнал бесов (без злобы, просто по привычке), выбросил шлем в море, достал из-под дохлой чайки остатки золота и долго смотрел на них, чувствуя, как в груди шевелится что-то новое, незнакомое. Не обида — обижаться демоны не умеют. А досада. Тягучая, противная, хуже огненной жижи.

Он купил на последние монеты старую, скрипучую повозку, точь-в-точь такую, как была у него в Преисподней. Влез в лямку и побрел обратно к гроту, откуда, как ему казалось, можно было провалиться обратно в свой мир. Бесы, сидевшие в кустах, проводили его недоуменными взглядами.

Богатство принесло Бальтазару только понимание того, что единственное, что он умеет по-настоящему хорошо — это толкать повозку с падшими душами. И, как ни странно, осознание это оказалось почти успокаивающим. Он чистильщик. И другого счастья ему не надо.

В далеком королевстве Фэо, где небеса были окрашены в яркие оттенки фиолетового и золотого, жила девушка по имени Элира. Она была потомком древнего рода, известного своими связями с драконами. Каждый вечер, когда солнце садилось за горизонт, Элира выходила на вершину холма, чтобы встретить своего друга — Сияющего Дракона.

Сияющий Дракон, величественное создание с чешуей, переливающейся всеми цветами радуги, был хранителем древних тайн. Он часто делился с Элирой знаниями о прошлом Фэо и о том, как драконы когда-то правили небесами. Но однажды он поведал ей о грозящей опасности: тьма, пробуждающаяся в недрах земли, угрожала всему живому.

«Элира, — произнес он с глубоким голосом, — только ты можешь остановить эту тьму. Твоя кровь — ключ к древнему артефакту, который способен восстановить баланс в нашем мире. Но для этого тебе нужно пройти через Лес Забвения и найти Сердце Дракона».

Собравшись с духом, Элира отправилась в путь. Лес Забвения был полон опасностей: призраки прошлого шептали ей на ухо, искушая остаться навсегда. Но она помнила слова Сияющего Дракона и продолжала двигаться вперед.

Наконец, пробравшись сквозь густые заросли, она достигла священной поляны. В центре ее находилось сияющее сердце — артефакт, окруженный магическим светом. Элира протянула руку и коснулась его. В этот момент мир вокруг нее взорвался ярким светом.

Сердце Дракона открыло ей видения: она увидела, как тьма отступает, а драконы вновь взмывают в небо. Элира поняла, что ее предназначение — не просто быть хранителем наследия, но и стать новым мостом между людьми и драконами.

Вернувшись к Сияющему Дракону, она рассказала ему о своем путешествии. Он гордо склонил голову, и в этот миг их судьбы переплелись навсегда. Теперь они были неразлучны — защитники мира Фэо, готовые встретить любые испытания вместе.

В прекрасном миро Фэо, под суровыми багряными закатами, среди раскаленных, залитых магмой, базальтовых пустошей Хаира, где каждый рассвет омыт магией, жил-был юный смотритель Пэт. Он был прост, как оловянная ложка, и больше всего на свете любил две вещи: шумную компанию в таверне и своих тарариконов — крошечных обитателей пыльных углов с удивительно быстрыми ножками, которые состязались друг с другом.

Однажды на Пэта свалилось наследство. Его троюродный дядя, старый пират, оставил ему гору золотых слитков. Другой бы купил замок с высокими шпилями, но Пэт лишь посмотрел на свой старый, рассохшийся ящик для боёв и печально улыбнулся.

- Мои маленькие друзья заслуживают лучшей доли, - прошептал он.

И вот, чудо свершилось! Пэт превратился в важного господина. Лучшие ювелиры ковали крошечные доспехи из платины и рубинов. Теперь по арене бегали не просто насекомые, а маленькие рыцари. Их кормили отборными грибами из самых темных лесов, а спали они на шелке, мягком, как пух одуванчика.
Но принесло ли это радость? Ах, вот тут-то и кроется грусть! Вместе с золотом в дом Пэта пришли люди, чьи улыбки были слаще патоки, но холоднее льда. Они называли себя друзьями, заглядывали ему в рот и постоянно просили «занять до завтра», пряча в карманах пустые души. Пэт даже надел монокль, чтобы лучше видеть мир, но через это стекло жизнь казалась лишь более запутанной.

- Раньше у меня были друзья в таверне, - вздыхал он, поправляя накрахмаленное жабо, - а теперь у меня сотни знакомых, но доверять я могу только моим маленьким жукам. Золото блестит, но оно не умеет шевелить усиками в знак приветствия.

И тогда Пэт задумал прекрасное безумство. Он поставил всё золото на самого слабого, хромого тарарикона, у которого не было ни рубиновых лат, ни знатной родословной. Букмекеры смеялись так, что у них лопались пуговицы на жилетах. Но Пэт был счастлив. Он проиграл всё состояние самому себе, развеяв его, как осенние листья по ветру.

Когда последний слиток исчез, толпа льстецов растаяла, словно туман при утреннем солнце. Пэт снова остался в старой таверне со своим потрескавшимся ящиком. Он снял монокль, и мир снова стал ясным.
Истинное сокровище - не в сундуках, а в верности своим привязанностям, даже если это всего лишь маленькие жуки в старой коробке. Лучше иметь одного верного тарарикона, чем сотню друзей, которые любят не тебя, а твои золотые слитки.

В ту ночь небо над Фэо треснуло.

Каричка проснулась от удара, будто что-то огромное рухнуло рядом с домом. Стены содрогнулись, с потолка посыпалась пыль. Она вскочила, схватила дубинку, и в этот момент услышала звук — тяжёлый, влажный, словно кто-то дышал прямо у её двери.

За порогом лежал мешок.
Он был обожжён, края тлели, и от него поднимался запах серы и старой крови. Каричка не должна была прикасаться к нему. Каждая клетка её тела кричала об этом.

Но она прикоснулась.
И мешок дёрнулся.
Он был живой.

Золото внутри взорвалось звоном. Монеты хлынули наружу, рассыпались по полу, как стая металлических насекомых. Они ударялись друг о друга, подпрыгивали, ползли к её ногам.

Дом застонал.
Снаружи раздался рёв.
Не зверь. Не ветер.
Дракон.

Каричка выбежала наружу. Над деревьями двигалась тень, огромная, рваная, с горящими глазами. Она чувствовала — он ищет. Чует.
Чует своё.

Монеты в доме задвигались быстрее. Они текли к ней, липли к коже. Одна вплавилась в ладонь. Боль была яркой, чистой. Она закричала, но золото уже входило в неё, под кожу, в кровь.

Рёв стал ближе.
Земля дрожала.
Каричка поняла: сокровище не нашли. Его спасли.
Спасли в ней.

Она побежала. Через лес. Через камни. Ветви рвали одежду, но она чувствовала только вес. Вес, который рос внутри неё.

Дракон опустился за спиной. Его дыхание коснулось её шеи — горячее, как кузница.
Он не нападал.
Он ждал.

Каричка обернулась. И впервые увидела отражение в его глазу.
Её зрачки сияли золотом.
Сердце билось тяжело. Медленно.
Как будто стало больше.
Она больше не была добычей.
Она была сокровищем.

И теперь весь Фэо будет охотиться на неё.

Золотая клетка Катипута

Мир Фэо жесток к слабым, но судьба Катипута была особенно горькой. После того как свирепые пауки разорили его дом и погубили семью, единственным убежищем для него стала тесная будка у поместья барина Вольдемара. Барин не был злым человеком — он кормил служку и не поднимал на него руку, но для сломленного Катипута он стал центром вселенной, хозяином, чьё каждое слово было законом. Недалёкий и боязливый, служка смирился со своей долей тени, покорно выполняя любые капризы.

Весть о наследстве от погибшего на войне дяди-наёмника свалилась на него как гром среди ясного неба. Мешок золотых монет, тяжёлый и холодный, оказался в его дрожащих руках. Богатство, о котором мечтал бы любой воин Огрия, для Катипута стало источником невыносимой муки.

Весь день он просидел в своей будке, прижимая золото к груди. В его затуманенном разуме всплывали картины прошлого: уютный очаг, запах хлеба... Он мог бы уйти! Мог бы купить дом в О’Дельвайсе, нанять стражу, стать уважаемым человеком. Но когда барин Вольдемар мягко, но властно позвал его: «Катипут, дружок, принеси-ка мне чаю в сад», — служка вздрогнул. Старая, въевшаяся в самую суть привычка повиноваться оказалась сильнее жажды свободы.

Он не решился уйти. Страх перед внешним миром, где рыщут пауки и кипят битвы, был сильнее блеска золота. Катипут понял, что мешок монет не сделает его свободным, если душа его навеки осталась в кабале у собственного бессилия. Обливаясь слезами, он закопал сокровище под корнями старого дуба.

Он вернулся к своей будке, чувствуя странное облегчение. Золото не принесло ему счастья — оно лишь напомнило о том, что он потерял. Служка снова стал прежним, безвольным исполнителем чужой воли, находя в своей рабской доле единственное доступное ему спокойствие.